19 января 2026, 08:00 23 310123 комментария

Источник:

Кадр из фильма «Галина и Время»

К выходу док-проекта «Фонтанки» автор публикует интервью с виновником гибели Галины Старовойтовой. Текст выворачивает прошлые смыслы — он пропитан новой религиозностью. Сегодня журналист поговорит — наоборот.

— Как работало твое сознание в 90-х, если ты уже был взрослый? Ты ничего не видел? Произвола правительства, причинно-следственных связей, менявших ценности? Раньше присягу давали — не щадя своей жизни…, а потом люди начали гибнуть за металл. Или ты такой же обыватель — не парился? — меня спрашивает в упор Юрий Колчин.

Мы договорились об интервью к выходу проекта, но он развернул беседу: «Я ответил на все твои вопросы, давай теперь ты будешь в ответе, но так же, как и я, — открыто». Деваться было куда, но я не стал. Действительно, как положено — скучно.

В продажу 19 января вышла книга «Конь малиновый. Откровение всадника 90-х». К ней соткан фильм — «Галина и Время. Идеально непонятое убийство». Журналист больше года работал с Юрием Колчиным, освободившимся организатором убийства в 1998 году самого яркого либерального политика Галины Старовойтовой. В документальной прозе представлены мнения всех сторон того события — сотрудников Госбезопасности, круга Старовойтовой, людей из мира оргпреступности. Выживший при покушении помощник Старовойтовой Руслан Линьков, разумеется, высказался. Препарируя канувшую эпоху, своим подтекстом работа наваливается на наши дни.

Ее помогла снять команда столичного режиссера Даниила Романова, а свою мелодию отдал петербургский рэпер Рич.

Источник:

«Фонтанка.ру» / rutube.ru

С этого и начнем.

— Сознание — мое и моего круга — в 90-х работало как во время ливня. Или ты стоишь под навесом — ждешь, когда все это схлынет, или с едкой фразой бросаешься бежать по лужам. Дело не в том, что в первом случае — скучно. Ты просто опоздаешь, причем всюду. Во втором — вымокнешь, простудишься и/или успеешь, — ответил я Колчину за присягу и обывателя.

Ему 57 лет. Рожденный в Брянске, воспитанный городом партизанской славы, он окончил ПТУ в Ленинграде и настырно пошел в ВДВ, где сдал экзамены в легендарное Рязанское военное училище при конкурсе 96 человек на место. Там и получил навыки ГРУ. В конце перестройки, осознав, что империи больше нет, махнул в Питер и встал под знамена «тамбовской» братвы. Вскоре продемонстрировал редкие командирские качества. Цитирую его героику: «Едешь на „БМВ“, за пазухой „Глок“, или убьют, или посадят — жизнь прекрасна».

— И тебе было все равно, что происходит в стране? — продолжает он, а я не защищаюсь, мол, не тебе мне это предъявлять.

— Не все равно, но я не слышал, чтобы в среде ментов или братвы раскачивали эту тему. Не потому, что безразличные, циничные, а потому, что когда ты обвешан кучей неотложных дел, мелочей — борьбой за самое различное, вплоть до выживания, — тебе некогда размышлять о важном. Для этого нужно спокойствие, наблюдательные или умудренные собеседники. Образование, наконец. А откуда их взять в той среде, если время командует: хватай больше — кидай дальше? Нельзя переносить сегодняшнее сознание в прошлое. Особенно в свое. Прошлое постоянно меняется, не только благодаря новым государственным доктринам, но и при помощи нас самих, там поживших. Иначе можно застрять, как бабки на скамеечке: то девки раньше были моложе, то ЦРУ страну угробило.

— А я в конце 80-х ушел в братву из спецназа, забыл присягу, а к середине 90-х опомнился. По-твоему, я дурачок?

— Вот ты даешь… Ответить — не считаю — еще хуже вопроса. Но раз слово выскочило, то я толкну тебя, научно говоря, в морфологию русской сказки. Иван-дурак — не дурачок. Он большой персонаж. Он вроде бы несмышленый — а ты после спецназа был не очень-то начитан; он вроде бы слабый — как лидер в братве ты был сильный, а для власти — не очень страшен, но Иван-дурак всегда добивается своего. А порой он идет к царю загадывать загадки.

Я не ждал такого разворота от тебя, а в конце нашего фильма «Галина и Время» — ты в курсе — поставил песню Рича «Дурак»: «Господи, ты начало всех начал, ты прости меня — я всю жизнь озорничал». Будто предвидел твою гримасу.

К середине 90-х у тебя случилось раннее зажигание. К таким же мыслям сегодня пришли многие, но они уже пожившие, тогда им на выходки смелости не хватало, а сегодня не надо противостоять власти. Они с ней заодно. А тогда сколько тебе было — менее тридцати? Если ты и читал, то только специальные страницы по тактике диверсионной борьбы, и вдруг в кармане ствол, а в голове работы Александра Дугина, которые ты не в состоянии переварить. При таком наборе в молодости скучно не бросать бомбы.

Когда в 2005 году оперативники ФСБ приехали в в/ч ГРУ за Колчиным, а к тому времени он уже вернулся из Чечни с наградами, то командир ему предложил скрыться. Колчин вышел из части в открытую и был культурно взят. При первом допросе на Литейном, 4, следователь ФСБ начал ломать его так: «Ваша статья предусматривает смертную казнь или пожизненное лишение свободы, будем сотрудничать?» Ответ Колчина приведен в нашей работе: «Вам не поверить, что в братве существуют патриотические течения. Следующий вопрос?»

— Что говорили тогда за меня на улице?

— Нельзя сказать, чтобы я сплетничал о тебе, но когда тебя приняли за Старовойтову, то ветераны бандитизма развели руками. Им в голову бы не пришло нападать на политика, они, если хочешь, — они честные пираты. Потому как они только про золото. А тех, кто стремится к власти не ради золота, они считали и считают ненормальными и обреченными. Юра, Джону Сильверу не может прийти в голову мысль покушаться на трон Англии.

— Благодаря статье 277 УК — «Покушение на политического деятеля» — я занесен в список Росфинмониторинга как экстремист, хотя закон этот принят лет через 15 после моего осуждения. Меня после выхода из лагеря даже на СВО не взяли. А как ветеран боевых действий в Чечне я пользуюсь всеми льготами. Кто я — экстремист или борец с экстремизмом?

— Радикальный субъект, о котором так долго говорил философ Дугин. Между прочим, Дугин — символ нашей эпохи. И кому в фильме — именно за это — ты говоришь спасибо. Уверовав в одно, противоположное ты закрасил черным и не можешь там увидеть ничего, кроме дурного. Так случается не только с тобой. До тебя так происходило со многими примерно десять тысяч лет. А может, и дольше — надо уточнить у антропологов.

Причем, Галина Васильевна точно такая же. Вы как две крайности, этим и зеркальны. К сожалению, у меня не хватит духа написать пьесу, где вы встречаетесь на том свете. Думаю, вы сразу раздеретесь, но так как времени у вас будет с лихвой, то потом близко узнаете друг друга и поймете. А дальше еще интересней.

— Это как?

— Вы зависимы друг от друга и не сможете друг без друга, но надо остановиться, иначе мы сейчас уйдем в потусторонний мир. А его без стакана не вывезешь.

Колчин на могиле Старовойтовой на Никольском кладбище

Источник:

«Фонтанка.ру»

— Кто я?

— По человеческим законам ты убийца, искупивший вину сроком. И у каждого — свое, предельно субъективное отношение к тебе. У апологетов либерализма — сам понимаешь, у ярых патриотов — чуть ли не наоборот, а битые знают — мир сложен.

По высшим же законам — ты кающийся грешник, но просишь прощения не у Галины Старовойтовой, хотя и приходишь к ней на могилу, а у Бога. Если наверху поймут, что твои раскаяния сокровенны, попадешь в рай. Ведь в рай первым попал разбойник, висящий рядом с Христом. Это канон. Икона есть Благоразумного разбойника. В Петербурге даже небольшая церковь стоит в честь него. Вором сооружена.

— Прокурор мне запрашивал пожизненно, а судья дала 20 лет. Я думаю, она была на моей стороне после того, как я на последнем слове заявил: «Кремль считает, что в России нет будущего без демократии. Я считаю, что в России нет будущего без патриотизма». Тем более что Старовойтова так топила за право народов на самоопределение, мол, СССР — это тюрьма народов, что потом мы из-за национал-сепаратизма кровью умылись. Что думаешь?

— Не думаю. В смысле — мы не Галину Васильевну обсуждаем, для этого надо много что из ее работ и речей перечитать. На мой взгляд историка, в 2005 году еще продолжались 90-е. Они же начались не в 91-м, а где-то в 1987-м, а закончились не в 99-м, а в 2007-2008-х. Это как Октябрьская революция началась не в 1917-м, а в начале Первой мировой, а закончилась после Гражданской. В 2005-м за твои художества дали 20, а в 2015-м — пожизненно бы отхватил на раз-два. Суд также историчен, как и все остальное. Но вот если бы тебя судили присяжные, а власть тогда сорвала ту процедуру в отношении тебя, то большинство бы присяжных — а это были бы люди, потерявшие вклады в Сберкассе, не имеющие машин, возможности махнуть на кутеж в Турцию, — они бы тебя оправдали.

А по поводу твоего высказывания про Кремль, так я уже заметил, что порой Иван-дурак царю задает загадки. И, между прочим, только ему это и позволено, как юродивому. Другого-то на кол за это посадить могут.

Источник:

«Фонтанка.ру»

— Вот! Ты сам сказал, что народ на моей стороне.

— Юр, мы не на митинге. Пушкин написал «Историю Пугачевского бунта», где кожу с дворян сдирали, и «Капитанскую дочку», где разбойник с человеческим лицом. Первое читают только историки, второе преподают в школе. Да, коллективная картина мира — ложное сознание, но влияет на реальность куда больше, чем правда. Поэтому «народ» и на твоей стороне. Народ, Юра, труп Старовойтовой в парадной не осматривал.

Галина Старовойтова

Источник:

«Фонтанка.ру»

— Ты на чьей стороне?

— Отвечу. Хотя вопрос опять же как выкрик из президиума. Руслан Линьков — тот, кто выжил при стрельбе в парадной на канале Грибоедова 20 ноября 1998 года, согласился помочь мне в работе над книгой, хотя его порой перевертывало от твоего имени. Я его понимаю. Сколько пуль вы в него всадили? Правильно — две в голову. Когда я ему предложил заранее посмотреть наш фильм «Галина и Время», он отказался. Без обид. Я это к тому, что, если я буду на его стороне, то все, что я смогу написать, — это «женщин убивать нельзя». Сильная мысль? А если буду на твоей стороне, то напишу, мол, если женщина засчитана, говоря твоим языком, за национального предателя, то ее можно убивать. Еще сильнее. Я на стороне человека, имеющего возможность, опыт, образование и моральное право посмотреть на эту историю отстраненно. Хотя, конечно, если так можно сказать, по происхождению и судьбе — ты мне роднее. Поверь, из-за этого мне трудно было отстраняться.

— Когда я встал под знамя православия и патриотизма в середине 90-х, на меня смотрели минимум иронично. Ты и сам говоришь это. Все дело в том, что в 90-е считалось, что патриотизм — последнее прибежище негодяев. Я осознанно пошел на кровь ради патриотизма, а теперь патриотизм стал национальной идеей. Даже либералы — те, кто не свалил, — ее приняли. Это же не фантом. Чудо?

— Именно так. Но ничего нового. Вспомним, как при развале СССР сотни тысяч коммунистов и особенно ответственных государственных деятелей мгновенно заговорили, что Ленин чуть ли не сифилитик, а надо не ему молится, а православному Богу и заодно строить буржуазную модель. Ничего нового. Вот при буржуазной революции в феврале 17-го Великий князь Кирилл нацепил на лацкан красный бант. Так всегда.

Если зэки кололи на груди профили Сталина и Ленина, то КПРФ в одну руку взяла Сталина, а в другую икону. И ничего никого не смущает до сих пор. Что касается чуда, то тут я не ответчик.

— Господь услышал мои молитвы.

— Это утверждение.

— Услышал?

— Если я отвечу односложно, то буду выглядеть штучным дураком. Ты носитель агрессивного религиозного сознания, и я тебе тут не помощник — ответь сам. Вернее, отвечай всю жизнь теперь сам.

— Это сотворил мой русский Бог и очень сложно это уместить в голове. Я даже помню момент, когда это произошло. Сразу после Крыма я написал заявление на имя начальника колонии, что ввиду изменения политики правительства РФ я отказываюсь от борьбы с правительством РФ. И теперь у меня нет ни малейших претензий к Кремлю. Получается, даже не то, что я был прав тогда, будучи в меньшинстве, даже как в окружении противником, а я оказался сильней того кривого времени?

— У одного скандинавского сатирика есть триптих — трое читают одну и ту же книгу. Один ржет, второй плачет, третий заснул от скуки. Для кого-то ты сильный, для кого-то сумасшедший, для кого-то — чепуха какая-то. Что касается Галины Старовойтовой, то как-то после очередных угроз в ее адрес радикалов она ответила: «Этим должны заниматься не правоохранительные органы, а психиатры».

Что касается времени, то оно так же меняется, как человек. Человек вырос и смеется над собой в детстве. Или ужасается. Или возвращается к своим корням. Или, как у Винни-Пуха — и то и другое, и можно без хлеба.

Можно пошучу? Надо бы разбавить плотность разговора.

— Давай.

— Хотел бы я посмотреть на лицо того начальника колонии, когда он в 2014 году прочитал твое заявление: «Я, Юрий Николаевич Колчин, отказываюсь от борьбы с правительством РФ». Уверен, что он налил себе и сокрушенно произнес: «Вот только этого мне и не хватало в моем славном гвардейском экипаже».

— А ты лично, когда мы работали над книгой, что думал?

— Я уже ответил, что ты мне социально близок, а Старовойтова — социально далека. Но это не про нее. Иначе можно докатиться до сословности или классовости. Когда меня спрашивают: «Что тебе нравится больше — день или ночь?», я говорю: «Днем — день, ночью — ночь».

— Время встало на мою сторону?

— Безусловно. Но это мое мнение.

— Ну, тогда, если что, — шуми, я выручу.

В этом и оказался главный вопрос нашего проекта, и его не проглотишь всухомятку.

Параллельный материал на 47news построен классически — автор задает вопросы Колчину

Евгений Вышенков,

«Фонтанка.ру»

Смотрите в киноПО ТЕМЕ

Вышенков ЕвгенийЗаместитель главного редактора "Фонтанки.ру"Лайк30Смех3Удивление5Гнев39Печаль0 Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Источник