Театр кукол — одно из самых древних искусств, оно пережило все прогрессы и научно-технические революции, и, кажется, перехитрило даже искусственный интеллект и все современные технологии вместе взятые. По крайней мере, у зрителей и организаторов XII Международного фестиваля театров кукол им. С.В. Образцова, на протяжении восьми дней искавших ответ на новый вечный вопрос — убьют ли технологии человеческое в искусстве, появилась надежда.
Участники фестиваля, а это 12 коллектив из трех стран — России, Израиля и Ирана, сразу заявили: от острой темы прятаться за куклами не будем, более того, с современными технологиями попытаемся примирить классику. Так, один из хэдлайнеров фестиваля — Челябинский театр кукол привез в Москву своего «Годунова» в постановке Александра Янушкевича. Здесь играют люди, а куклы — сотни больших и маленьких голов — безмолвствуют. Или наоборот? Пушкинские персонажи их разбивают кувалдами, ловят железными цепями, играют с ними в мяч, обращаются к одной из них как к Шапке Мономаха, и — а это уже очень интересная находка режиссера — подвешивают к кокошникам, похожим на те, что мы видим на фасадах храмов эпохи Ивана Грозного и Годунова. Головы всего лишь декоративный элемент, но метафора получается жуткая. Также страшно смотреть на Григория, когда набрав в охапку бессловесного «реквизита», он произносит свой знаменитый монолог про неизбежность суда мирского и божьего суда. Еще одно, без сомнения, интересное открытие режиссера — царя и лжецаря здесь играет один актер, так обостряется конфликт — почему избранный не может быть истинным?
«Годунов»
Богат челябинский «Годунов» и на аллюзии. Вот царь впрягается в цепи и волочит по сцене купол, раздирая при этом зрительские души «кровавыми мальчиками», это, конечно, Высоцкий из таганского «Пугачева», который тоже пытался выбраться из цепей, как из «сумасшедшей бешеной кровавой мути». А тот самый купол временами напоминает Пепелац Теодора Тэжика из данеливской «Кин-дза-дзы». Когда же на сцене появляются головы, ссохшиеся до черепов, с которыми то и дело разговаривают персонажи — только ленивый не вспомнит Шекспира. Для Гамлета, как и для Пушкина, цель не оправдывает средства. Челябинцы все верно поняли в великой классике.
В целом, сегодня уральские кукольники на подъеме, не зря на Образцовфест помимо челябинцев, были приглашены театры из Нижнего Тагила и Перми. Тагильчане показали забавную сказку-притчу «Хочу быть волком», в которой любимые герои оказываются… в офисе, где разговоры о смене масок в современном мире звучат наиболее к месту. Пермяки же решили разобраться с ценой исключительности, взяв для этого рассказ Дэниела Киза «Цветы для Элджерона». Сцена здесь превращена в съемочную площадку, а городок создан из деталей модного конструктора. И среди всей это заведомо искусственной реальности появляется незаметный мойщик уборных, он же гений, или плод одной экспериментальной операции. Какой мойщик откажется от гениальности?
«Хочу быть волком»
Спектакль Пермского театра кукол был просто создан для разговора о технологии чудесного, и он же обнажил главную проблему современного искусства, которую худрук театра Дмитрий Вихрецкий формулирует ее так: «В присутствии современных технологий мы пытаемся сохранить человечность и передать человеческое тепло». Все три уральских театра с этим справились на отлично.
Справились и петербуржцы, несмотря даже на то, что один из самых ожидаемых спектаклей фестиваля — «Кыхи» Театра «Цехъ» — оказался, увы, вторичным. Здесь и «Маленький принц», и опять та самая «Кин-дза-дза» (вместо «Ку» здесь говорят «Кых», но так же приседают, разводя руки в стороны), и современные сериалы, и ток-шоу… Вряд ли это действо вообще можно назвать спектаклем, скорее кукольный стендап, с чем петербургский театр угадал, так это с темой — как сохранить свет в темные времена. Спойлер — это удается маленькому серому существу, а вот у судей, стражей порядка и смотрителей планет со светом как-то не ладится.
«Кыхи»
О природе света размышляют и на берегах Енисея. Красноярский театр кукол привез на фестиваль спектакль по одной из самых добрых повестей Виктора Пелевина «Затворник и шестипалый». С пелевинского на кукольный притчу перевел режиссер Руслан Кудашов. В сценографии, разумеется, немало инноваций, внедренных в мир, «имеющий границы и социальную иерархию», но, как и в работах других участников фестиваля, все «примочки» здесь быстро уходят на дальний план. На авансцене остается человек с его нравственными, духовными, психическими проблемами, потому что, как верно заметил Кудашов, «технологии они сами не размышляют, не ищут и не страдают».
«Затворник и шестипалый»
Закрывался Образцовфест-2023 под стать своей теме — со сцены к зрителям обратился виртуальный Сергей Образцов — образ и голос Великого кукольника был сгенерирован нейросетью. Развлекала зрителей и 4-метровая планшетная кукла. Не ради хайпа, а лишь для того, чтобы еще раз показать — если и нужны технологии в театре, то только, чтобы зрители верили в чудо. Спектакли, мастер-классы и концерты нынешнего фестиваля посетили более трех тысяч человек, столько же посмотрели Образовфест онлайн.
Кстати
На закрытии Образцовфеста после 22-летнего перерыва вручили Международную премию Сергея Образцова «За вклад в развитие искусства театра кукол». Лауреатами стали известный кукольник, создатель театра «Петрушкина слобода» Анатолий Николаевич Архипов и художественный руководитель Ивановского театра кукол Елена Энгельсовна Иванова. Они получили две номерные, шестую и седьмую, статуэтки из драгоценных металлов, созданные народным художником России Андреем Ковальчуком. Пять первых номерных статуэток были изготовлены для I «Образцовфеста» в 2001 году. Среди тех, кто тогда стал счастливым обладателем почетных призов — легендарный марионеточник Альбрехт Розер из Германии и основоположник одного из направления в театре кукол Филипп Жанти из Франции.