5 февраля 2026, 08:00 11 56041 комментарий

Первый твит основателя Twitter Джека Дорси в виде NFT, который в 2021 году продали за 2,9 млн долларов, сейчас оценивается всего в 10 долларов. Это самый яркий пример того, что произошло с рынком NFT за последние пять лет. Многие цифровые предметы обесценились, а остаться на слуху удалось только самым популярным коллекциям. Они также потеряли в цене, но некоторым удалось закрепиться в сознании потребителей контента через офлайн.

Технология NFT жива, но ее ареал обитания сейчас сжался до нишевых продуктов. Например, ее используют в коллекционировании и привлечении инвестиций в искусство. «Фонтанка» узнала у экспертов, есть ли у этого вида цифровых активов будущее или вскоре он навсегда уйдет в историю.

История первого твита

На волне популярности NFT (цифровых объектов, представляющих собой невзаимозаменяемые токены, каждый экземпляр которых уникален, англ. non-fungible token) в 2021 году был создан цифровой слепок первого твита основателя Twitter (ныне Х) Джека Дорси: «just setting up my twttr». В марте 2021 года его купил иранско-малайзийский криптопредприниматель Сина Эстави за 2,9 млн долларов.

Примерно через год он выставил NFT на продажу, рассчитывая получить за него как минимум 48 млн долларов, но максимальная ставка составила 6,8 тыс. долларов. В 2023 году владелец попытал счастья еще раз, но тогда ему предложили еще меньше — 1 эфир (криптовалюта Ethereum), который на тот момент стоил в районе 1,9 тыс. долларов.

Эта история стала самой яркой иллюстрацией того, как раздулся и лопнул пузырь на рынке некогда сверхпопулярных NFT. Финансовым рынкам к такому не привыкать. Каждый раз все разворачивается по одному и тому же сценарию

«Сначала возникает новая технология, потом на неё навешивают ожидания „это изменит всё“, затем в рынок заливается спекулятивный капитал, цены улетают в космос, а после этого приходит болезненное, но неизбежное отрезвление. С NFT ровно это и произошло», — говорит Кирилл Писцов, руководитель направления развития продуктов ФГ «Финам».

По его словам, приобретение первого твита Джека Дорси было покупкой не актива, а символа эпохи и статуса, по сути — мема.

«Когда исчез ажиотаж и поток новых покупателей, стало очевидно, что за этим объектом нет ни прав, ни дохода, ни полезной функции. Цена вернулась туда, где ей логично быть — почти к нулю. Это не „смерть NFT“, это смерть иллюзий», — отмечает эксперт.

Криптопанки

Одной из первых коллекций NFT, со временем получивших большую популярность, стала созданная в 2017 году CryptoPunks. Она состоит из 10 тысяч изображений размером 24х24 пикселя, каждый из которых весит 8 бит. На каждом — портрет персонажа. Среди них есть мужчины, женщины, зомби, обезьяны и инопланетяне. Каждая карточка отличается от других деталями. Некоторые из изображений считаются редкими за счет сочетания этих деталей — вида, причесок, одежды, аксессуаров.

Некоторые криптопанки в 2021 году были проданы за миллионы долларов. Например, #3100 реализовали за 4 200 эфиров, что на тот момент составляло около 7,58 млн долларов. Его ценность обусловлена редкостью: это одна из 9 карточек, на которых изображен инопланетянин, и один из 406 персонажей с повязкой на голове. Второе место по стоимости занимал #7804 тоже из инопланетной партии. Его также продали за 4 200 эфиров, но из-за разницы в курсе в момент сделки он стоил 7,57 млн долларов.

Что касается дальнейшей судьбы 3100-го криптопанка-пришельца с повязкой на голове, в марте 2024 года его купили за 4 500 эфиров (почти 16 млн долларов), а примерно через год продали с убытком за 4 000 эфиров или 6,06 млн долларов. Цена снизилась примерно на 11% в эфире и в 2,6 раза в долларовом эквиваленте.

Пришельца с курительной трубкой под номером 7804 продали в марте 2024 года за 4 850 эфиров (16,41 млн долларов). Предыдущий владелец остался в плюсе на 15,5% в эфирах и заработал вдвое больше в долларах. С тех пор сделки с этим токеном не совершались, но в январе 2025 года кто-то из пользователей упорно предлагал за него меньше доллара. Очевидно, скорее в шутку. Автором последней ставки стал другой пользователь. В марте прошлого года он предложил 7,23 тыс. эфиров (16,05 млн долларов), но отозвал свою заявку.

Минимальная цена самого дешевого образца в CryptoPunks сейчас составляет 27,5 эфира (69,7 тыс. долларов). На изображении — темнокожая женщина в очках. По данным CoinGecko, рыночная капитализация всей коллекции — 578,98 млн долларов.

Сколько стоят другие популярные NFT

В апреле 2021 года была создана NFT-коллекция Bored Ape Yacht Club. Принцип тот же: это 10 000 изображений обезьян с разными аксессуарами, фонами, эмоциями на мордах. Владельцем одного из них стал певец Джастин Бибер. В январе 2022 года небритая «скучающая обезьяна» со слезами на глазах была продана артисту за 1,31 млн долларов. А уже к июлю 2023 года токен подешевел в 22 раза, до 57 тыс. долларов.

Есть версия, что Биберу на самом деле подарили изображение в рекламных целях, так что он от убытков особо не пострадал. Сейчас минимальная цена самого дешевого предмета в коллекции из тех, что торгуются, составляет 5,378 эфира или 11,5 тыс. долларов. Общая капитализация BAYC — 111,4 млн долларов.

Еще одна популярная коллекция — Pudgy Penguins (пухлые пингвины). Она тоже была создана в зените славы NFT — в 2021 году. Представляет собой 8 888 изображений мультяшных пингвинов. Самое дешевое сейчас оценивается в 4,288 эфира — около 9,16 тыс. долларов США или 700 тыс. рублей. За эти деньги можно стать владельцем картинки с усатым пингвином в галстуке-бабочке и с рыбой на голове. Самый дорогой пингвин — в шапке, пончо и солнечных очках в форме звезд — стоит 13,3 тыс. эфиров или 28,4 млн долларов. Рыночная капитализация «пингвинов» — 78,4 млн долларов.

Последний всплеск интереса к рынку NFT связан именно с этим проектом. Победа Дональда Трампа на выборах президента США в ноябре 2024 года подогрела интерес к криптовалютам, в частности мемным (мемкоинам), и NFT. Объем торгов этими активами вырос в несколько раз. На фоне этого в декабре 2024 года компания Igloo Inc, которой принадлежит Pudgy Penguins, запустила на блокчейне Solana токен PENGU. Это криптовалюта, часть которой была распределена между пользователями сообщества, сформировавшегося к тому моменту вокруг пингвинов. Успех проекта в том, что он не ограничился только NFT: в соцсетях стали популярны анимационные ролики со сценами из жизни голубого и розового пингвинят, с ними стали делать мемы, а также выпускать мягкие игрушки. Создатели продали людям образ, который оказался им близок.

«Пенгу — это символ неудачника, маленького парня, которого все списывали со счетов, но который одержал победу вопреки всему. Держа Пенгу, вы становитесь маяком меметической культуры, распространителем положительных эмоций и активным участником этой замечательной истории о неудачниках», — говорится на официальном сайте проекта.

В итоге помимо Интернета персонажи стали популярны еще в офлайне, а популярность и узнаваемость обеспечила еще больше интереса к связанному с проектом мемкоину. С присущей таким криптовалютам волатильностью Pengu мотало туда-сюда, пока в середине июля 2025 года он не прибавил 15% за сутки при росте на 250% за последний месяц. Наложился запуск игры Pengu Clash в виде мини-приложения в Telegram, партнерство проекта с авиакомпанией Lufthansa, организатором автогонок NASCAR, китайским производителем коллекционных игрушек Suplay.

К концу года вместе с большинством альткоинов Pengu скорректировался более чем на 70% от июльского пика, но перед Новым годом подрос после того, как проект показал своих персонажей на цифровом экране Sphere в Лас-Вегасе — самой большой сферической медиаплатформе в мире. Сейчас токен стоит 0,007193 доллара, за сутки он снизился на 0,1%, за последнюю неделю рухнул на 29%. Это успех, но успех переменный.

«Такие коллекции, как CryptoPunks или Pudgy Penguins, пережили падение иначе. Да, они сильно подешевели по сравнению с пиком, но даже сейчас многие предметы там стоят десятки и сотни тысяч долларов. Причина простая: это уже не просто картинки. Это бренд, социальный маркер, ограниченное предложение и комьюнити, которое поддерживает ценность. По сути, это цифровой аналог предметов коллекционирования, а не абстрактный JPEG», — комментирует Кирилл Писцов.

Почему с NFT произошло то, что произошло

Ситуацию на рынке NFT в 2026 году можно охарактеризовать как важный этап развития этой технологии или, иначе говоря, взросления, считает вице-президент «Мера Капитал Групп», член экспертного совета Российской ассоциации криптовалют и блокчейна (РАКИБ) Валерий Петров. Он выделяет три основных причины, в результате которых «этап хайпа» для этого вида цифровых активов закончился именно таким образом.

Первая связана с тем, что рынок изначально начинался как спекулятивный пузырь. «Например, тот же первый твит Джека Дорси — это такой классический пример исторического артефакта, который не несёт никакой утилитарной пользы», — отмечает эксперт. При этом он напоминает, что в определенном смысле через NFT отмывались деньги — цена искусственно задиралась вверх, чтобы организовать переток средств в нужные руки, — а торговля концентрировалась на нескольких площадках.

Вторая причина заключается в том, что для 99% коллекций было свойственно отсутствие реальной ценности. Период расцвета NFT пришелся на 2020–2021 годы. Тогда ФРС США напечатала огромное количество денег, которые население стало тратить. Когда после этого избыточная денежная ликвидность ушла с рынка, выяснилось, что «владение пикселями без прав на то, чтобы выпустить мерч или использовать в каких-то маркетинговых кейсах, не имеет реального практического значения».

Третья причина в том, что большое количество мошенничеств и отмывочная торговля подорвали доверие розничных инвесторов к продавцам NFT.

«В результате рынок очистился от хайпа и мусора, выжили „голубые фишки“ — например, такие как CryptoPunks, Pudgy Penguins, которые превратились по сути в культурные бренды — и произошла смена парадигмы. Покупка обещаний прекратилась, а реальная цена осталась либо за те продукты, которые обеспечивают статус, либо за бизнес-экосистему. Например, „Панкс“ — это своего рода цифровой „Ролекс“, а те же самые Pudgy Penguins успешно вошли в ретейл с реальными физическими игрушками и защищены лицензированием», — объясняет эксперт.

NFT — слово года в России

По данным исследования системы мониторинга СМИ и соцсетей Brand Analytics, слово «НФТ» стало самым популярным в русскоязычном сегменте интернета в 2025 году. Его упоминали в соцмедиа 17,6 млн раз, не считая спама, а частота упоминаний выросла в 4,5 раза по сравнению с 2024 годом. С большим отрывом на втором месте расположилось мемное междометие «окак», которое пользователи Сети упоминали в 10,5 млн сообщений.

За популярность сочетания из трех букв можно сказать спасибо отцу-основателю Telegram Павлу Дурову, который интегрировал NFT в мессенджер через запуск коллекционных подарков и NFT-стикеров на его блокчейне TON. На один из таких подарков предприниматель сам потратил 52,5 тысячи долларов.

«Моей девушке сегодня исполняется 25 лет. Она собирает розовые/фиолетовые подарки на фоне киберпанка, поэтому мне пришлось заплатить 15 000 TON (~52 500 долларов США) за плюшевого Пепе. Нажмите 😎, если вы считаете, что это стоило того, и 🧊, если вы так не думаете», — написал Дуров в своем канале.

141,4 тысячи пользователей мессенджера посчитали, что трата стоящая, почти вдвое меньше — что нет. Так что встроенные в Telegram NFT попали на благодатную почву. В этом случае люди торгуют не картинками, а принадлежностью к уникальному сообществу, лояльностью и «лузлами» (сленговое слово, означающее что-то, сделанное ради прикола).

«Говорить о полном исчезновении NFT некорректно. Даже после схлопывания пузыря внутри сообщества сохраняется ожидание, что отдельные цифровые активы всё ещё могут принести прибыль. Это поддерживает спрос, но уже в другой форме: инвесторы уходят в более мелкие, нишевые проекты с низкими затратами на маркетинг и более понятной логикой ценности», — говорит Игорь Захаров, управляющий DIBIX.

По его оценке, в России этот сдвиг особенно заметен.

«Массового ажиотажа здесь не было, и рынок быстрее перешёл в стадию осторожных, экспериментальных кейсов — в искусстве, цифровых сервисах и бизнес-моделях, где NFT используется как технический инструмент, а не как объект хайпа. Хайп в блокчейн-индустрии — это не цель, а механизм. Он работает как искра: быстро сгорает, но зажигает более долгие и устойчивые технологические процессы. NFT уже прошли стадию яркой вспышки и сейчас встраиваются в более широкую токенизированную экономику», — отмечает эксперт.

Где в 2026 году используются NFT — в мире и в России

Сейчас NFT в мире стал реальным инструментом фиксации прав, говорит Валерий Петров. То есть реализовалось то, для чего и было задумано использование блокчейна.

«На данный момент создан фундамент для так называемых Real World Assets — реальных мировых активов, которые предполагают токенизацию этих активов. Например, той же недвижимости, в бизнесе, интеллектуальной собственности. Уже сейчас мы видим, что и в Европе, и в США NFT используется для управления цепочками поставок. Их условно можно назвать цифровыми паспортами товаров. Например, на элитные часы или вина», — перечисляет эксперт.

В России пока этот инструмент так не используется, но крупные банки и компании внедряют его в пилотных режимах и изучают результат. Например, у Сбера есть платформа для выпуска NFT, с помощью которых брендам предлагается укреплять взаимодействие с клиентами и повышать их лояльность через коллекционирование и геймификацию. Также он выпускал благотворительные токены, с помощью которых собирал пожертвования на храм.

«Используют его музеи. Например, тот же Эрмитаж выпускал токены на шедевры, которые находятся в его коллекции. И сейчас это используется как инструмент так называемого цифрового меценатства», — напоминает Петров.

В 2021 году Эрмитаж заработал на продаже токенов 24 млн рублей, из которых 5 миллионов заплатил в городскую казну в виде налогов. Музею удалось продать все лоты цифровой коллекции, среди которых были «Мадонна Литта» Леонардо да Винчи, «Юдифь» Джорджоне, «Куст сирени» Винсента Ван Гога, «Композиция VI» Василия Кандинского и «Уголок сада в Монжероне» Клода Моне. Никто всерьёз не рассматривает NFT как замену оригиналу картины, но возможность обладать цифровой копией привлекает коллекционеров.

В сентябре прошлого года Эрмитаж выпустил уже вторую серию арт-токенов в рамках проекта «Цифровое искусство». Музей реализует его совместно с компанией Владимира Потанина «Интеррос» и блокчейн-платформой «Атомайз» (на 65% принадлежит кипрской Tokentrust Holding Limited, оставшаяся доля входит в контур бизнеса Потанина). В токенах фиксируется состояние картины Лукаса Кранаха Старшего «Венера и Амур» в процессе реставрации, есть возможность увидеть до и после. По сути это вариант меценатства: инвестор финансирует восстановление произведения искусства и получает на память цифровой сертификат.

NFT — потенциально эффективный инструмент в юридической сфере, свидетельствующий о наличии прав на какие-либо реальные активы. РАКИБ работает над тем, чтобы это было реализовано и закреплено в российском законодательстве, чтобы в перспективе технологию можно было интегрировать в реальный сектор экономики.

«В играх и метавселенных NFT используются для фиксации владения внутриигровыми предметами. Пользователю важно не то, что предмет можно перепродать дороже, а то, что он действительно ему принадлежит и не исчезнет вместе с серверами разработчика. В музыке и креативных индустриях NFT стали инструментом работы с фанатами — доступы, закрытые релизы, участие в сообществах. Покупают не токен ради перепродажи, а связь с автором», — отмечает также Кирилл Писцов.

В России, по его оценке, слово «NFT» во многом дискредитировано хайпом прошлых лет, поэтому те же самые механики заходят под формой цифровых сертификатов, ЦФА или токенизированных прав. «Это больше B2B, меньше публичной торговли и почти ноль романтики. Но именно в таком виде технология и имеет шанс прижиться», — считает он.

Остаются ли у NFT перспективы для инвестиций

Эксперты считают, что доверие инвесторов к NFT не исчезло, просто эти активы теперь видят не как лёгкие деньги, а как инструмент в составе брендов или экосистем. Теперь это нишевая тема не для новичков, а для опытных игроков, готовых к высоким рискам.

«Массовая идея „купить NFT и заработать“ умерла. И, честно говоря, это хорошо. Остался точечный, венчурный подход», — отмечает Кирилл Писцов.

«Инвестиционный потенциал у NFT сохранился, но он стал нишевым и волнообразным. Это рынок для тех, кто понимает риски и работает с конкретными кейсами, а не для массового инвестора, ожидающего быстрой прибыли», — подчёркивает Игорь Захаров.

По словам Писцова, слово «NFT» может уйти из моды, как когда-то «дотком» из названий компаний, но технология останется невидимой частью цифровой жизни.

«NFT станут невидимой частью цифровой инфраструктуры — там, где нужно подтверждать права, владение или доступ. Без фанфар, без миллионов за твиты, но с реальной пользой», — заключает он.

ПО ТЕМЕ

Евгения ГорбуноваФинансовый эксперт, специалист по digital NFT-токен Криптовалюта Блокчейн ИскусствоЛайк5Смех19Удивление2Гнев2Печаль1 Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Источник